Эксклюзив Аналитика Расcледование Шок Скандал Кульмассовщина Провинция Интервью Мужской клуб Женский клуб Спорт Досье
 
Поиск
 
 
Голосование
Чем, на ваш взгляд, отечественная полиция лучше милиции?
 
 
 
Обратная связь
Здесь вы можете оставить свою новость или рассказать о проблеме
Ваше имя
Ваш е-mail
Текст сообщения:
 
МК в Красноярске Интервью
 
Рашит Рафиков: «Наша задача – улучшить управляемость миграционными процессами»

Национальный вопрос не нов для Сибири. Территория за Уралом, как огромный плавильный котел, начиная с XVII века переваривала и продолжает переваривать огромные потоки мигрантов. Красноярский край не исключение. Нужны нам иностранцы? Есть ли в крае расизм? Как происходит акклиматизация приезжих? На эти и другие острые вопросы в эксклюзивном интервью «ВК» ответил заместитель начальника управления общественных связей администрации Красноярского края Рашит Рафиков.

Национальные квартиры

– С чего все начиналось? Когда Сибирь стала привлекательной для мигрантов?

– Население Сибири изначально формировалось из мигрантов. По сути, казаки, в XVII веке начавшие осваивать берега Енисея, тоже являлись мигрантами. Коренным населением в то время были северные народы, а также тюркские племена, образовывавшие на территории нынешней Хакасии Кыргызский каганат. Если в XVII веке сюда попадали в основном люди служивые, то в XVIII и особенно XIX веке в Сибирь плотным потоком пошли ссыльнопоселенцы. Это были и староверы, и военнопленные, и политические ссыльные. Первые лютеране, например, были шведами, взятыми в плен Петром I. Среди ссыльных было много представителей разных национальностей. Десятками тысяч после подавления восстаний в родной стране шли поляки. То же касается ссыльных лютеран: финнов, латышей, эстонцев, немцев. Евреи первоначально сюда тоже приезжали в ссылку… Известный факт, что ислам появился на берегах Енисея раньше, чем православие. Это произошло еще в XIII–XIV веках, когда его приняли некоторые тюркские народы, проживавшие в Минусинской котловине... Строительство Транссибирской магистрали и аграрная реформа Столыпина стали причиной резкого прироста населения за счет миграции. Тогда численность населения практически удвоилась. В Енисейскую губернию приехали украинцы, белорусы, народы Поволжья – мордва, марийцы, чуваши, татары, башкиры. Если бы население губернии увеличивалось только за счет демографического развития, его численность была бы в 4–5 раз меньше. Следующий толчок для появления нетрадиционных для Сибири национальностей дали Первая мировая война и Гражданская война. В те годы здесь было очень много беженцев и эвакуированных с западных территорий Украины, Белоруссии и Прибалтики. Отправляли сюда и военнопленных из стран – союзников Германии: немцев, австрийцев, турков, все народы Австро-Венгрии. Большинство из них потом вернулось на родину, но некоторая часть осталась. В Гражданскую тут был огромный котел, который переваривал десятки тысяч людей. Перепись 1926 года зафиксировала очень большой удельный вес нерусского населения – 13,5 процента. Следующий этап, когда очень изменился этнический состав Красноярского края, – с конца 30-х по начало 50-х годов. Сюда ссылались целые этносы. Репрессиям подвергались народы Балтии, поляки, в годы войны – немцы Поволжья, десятки тысяч человек, за ними последовали калмыки, крымские татары, греки, болгары, представители кавказских народов. Но первыми, кого коснулись репрессии 30-х годов, были корейцы и китайцы. Когда их вывозили с Сахалина на запад, а потом в Среднюю Азию, часть из них осели в нашем крае. Позднее они в основном ассимилировались, потеряли свой язык. У многих не осталось никакой другой памяти о предках, кроме фамилий или внешнего сходства. Затем в Сибирь стали приезжать по оргнабору, а также по распределению выпускники вузов и техникумов из национальных республик СССР. Именно тогда в Красноярском крае формируются крупные диаспоры народов Северного Кавказа и Средней Азии. Это дагестанцы, таджики, туркмены, казахи, киргизы и прочие. И количество приезжих увеличивалось с развитием индустрии. В конце концов сложилась достаточно устойчивая палитра национальностей. К 1989 году в крае проживали представители 124 народов и их удельный вес достигал 12,5 процента.

– А потом наступили 90-е…

– Жители и Красноярского края, и остальной части России, а также стран бывшего СССР очень тяжело перенесли 90-е годы. Раздел по национальным квартирам сопровождался ростом националистических настроений. С 1993 года началась резкая демографическая убыль. Но в среднем по стране она до 1999 года компенсировалась притоком русскоязычных мигрантов из бывших стран СССР. В нашем же крае естественная убыль уравновешивалась таким образом лишь до 1994–1995 годов. Последним годом, когда в регионе зафиксирован максимум населения, был 1992-й. В крае (без учета Хакасии) проживало 3 миллиона 160 тысяч человек. В целом за последующие 15 лет край потерял более 8 процентов населения, это 260 тысяч человек. Изменилась национальная карта края. Численность башкир, чувашей, удмуртов, финнов уменьшилась на 20–30 процентов. Украинцев, белорусов и мордвы стало меньше в полтора раза, евреев – в два раза. Напротив, такие миграционно активные этносы, как народы Кавказа, Средней Азии и Китая, увеличили свою численность за последние 10–12 лет в полтора-два раза.

– Какие этногруппы в крае сейчас наиболее многочисленны?

– На втором месте после русского населения украинцы. Их немногим менее 70 тысяч человек. Затем идут татары, за ними – немцы, азербайджанцы и т. д. Это только те, кто живет здесь постоянно, не учитывая временных мигрантов.

– Насколько охотно мигранты стремятся принять российское гражданство или все же многие приезжают сюда за длинным рублем на короткое время?

– В основном, конечно, мигранты приезжают сюда на заработки. Основная масса трудится в строительстве, лесном хозяйстве, на переработке или выращивании сельскохозяйственной продукции, в торговле. Но край заинтересован в тех, кто приезжает с семьями. Они нацелены на то, чтобы стать полноценными гражданами нашей страны. Но получить гражданство РФ сейчас достаточно сложно.

Белые, серые и желтая угроза

– О «желтой угрозе» давно всерьез говорят на Дальнем Востоке, насколько ситуация актуальна для нашего края? Увеличивается ли миграция китайцев и как на это реагирует власть?

– Число трудовых мигрантов из Китая в самом деле с каждым годом увеличивается. Но говорить о «желтой угрозе» – абсурдно. Это мифологема, выдуманная для устрашения людей. До переписи населения в СМИ ходили слухи о том, что китайцы хотят получить нашу землю, их в России уже от 3 до 5 миллионов человек… Перепись 2002 года показала, что на самом деле в России проживает менее 35 тысяч китайцев! Из них определенное количество – русских китайцев, тех, которые здесь живут с 30–50-х годов прошлого века и уже ассимилировались. На территории Красноярского края перепись зафиксировала всего 665 китайцев. Трудовых мигрантов значительно больше – к примеру, в 2007 году в крае было выдано свыше 8 тыс. разрешений гражданам КНР на работу. Если говорить об урегулировании взаимоотношений с гражданами стран дальнего зарубежья, надо сказать, что все они под очень жестким контролем. Более того, они не нацелены на получение российского гражданства. Ведь жизнь у нас на порядок дороже, чем в Китае. Они никогда не привыкнут к нашему климату, он для них очень холодный. Как и к нашей пищевой культуре, сложному и постоянно меняющемуся миграционному законодательству. Все китайцы стоят на учете в миграционной службе, и среди них практически нет нелегалов. Что касается стран СНГ, ситуация гораздо сложнее. Зачастую пересечь границу выходцам оттуда не представляет труда.

– Еще пару лет назад говорили, что число нелегальных мигрантов в несколько раз превышает число зарегистрированных. Большие надежды возлагались на ужесточение законодательства, произошедшее в прошлом году. Как в действительности изменилась ситуация?

– В 1994 году было выдано разрешений на трудоустройство всего 750 мигрантам. В 2005-м – более чем 10 тысячам. По итогам 2007-го года официально были трудоустроены 43 тысячи приезжих. То есть, по сути, нелегалы были выведены из тени благодаря введению новых российских законов. Они, с одной стороны, облегчили получение документов на ведение трудовой деятельности, а с другой – резко осложнили жизнь тем работодателям, которые используют незарегистрированную рабочую силу. Теперь директор предприятия не семь, а семьдесят раз подумает, прежде чем брать мигранта-нелегала. Все понимают, что в случае обнаружения нарушений их ждут огромные штрафы. Если раньше можно было говорить, что соотношение «белых» и «серых» мигрантов один к десяти, то сейчас оно, может быть, два к одному. Но и эта статистика улучшается.

– Какова составляющая труда мигрантов в экономике края? Насколько для нас важно их присутствие?

– В условиях, когда экономика была на боку, нехватка людей не ощущалась. Но после того как она стала постепенно подниматься, начали восстанавливаться некоторые производства и создаваться новые, потребность в кадрах все больше увеличивается. Экономике нужна рабочая сила. Из-за демографической ямы 1990-х годов надеяться на естественное пополнение рабочего ресурса в ближайшей перспективе нельзя. А промышленности кадры нужны прямо сейчас. Строится Богучанская ГЭС, осваивается Ванкорское нефтяное месторождение, возводится алюминиевый завод, создаются новые целлюлозно-бумажные, фанерные производства. Все это требует очень большого количества новых рабочих рук. По разным оценкам, в ближайшие годы потребуется от 50 до 70 тысяч человек. Это только в индустрии. По общепринятой практике на одни рабочие руки в промышленности требуется два-три человека в обслуживании. В торговле, строительстве, здравоохранении, образовании. Получается, что потребность в специалистах очень большая. И, к сожалению, мы постоянно проигрываем в межрегиональном обмене. Позитивный баланс мы имеем только с восточными регионами. При этом – резкое снижение и убыль по отношению к западным регионам. То есть к нам охотно едут из Иркутской области, Якутии, Приморского, Хабаровского края, при этом гораздо больше уезжают в западные регионы, где легче климатические условия. Эмигрируют люди и за границу. Причем эмиграция носит национальный характер. Уезжают немцы и евреи. Как правило, это специалисты с высшим образованием, в работоспособном возрасте, в общем, кадры, которые Красноярский край мог бы использовать на своей территории.

– Выходит, мигранты выполняют грязную, мелкую работу? Высококвалифицированные специалисты в край не едут?

– Я с этим не соглашусь. Приезжают к нам и высококвалифицированные кадры.

– Но их удельный вес – 1–2 процента…

– Это другой разговор. В России второй год реализуется федеральная программа «Соотечественники». Она нацелена на привлечение профессионалов нужных нам специальностей. Они получают льготы – оплату проезда, подъемные. В основном программа направлена на привлечение русскоговорящих соотечественников. В крае определены предприятия, где имеются свободные вакансии. Некоторые предоставляют мигрантам жилье. Но программа не может закрыть потребности в высококвалифицированной рабочей силе. Поэтому, по примеру правительства Москвы, мы рассматриваем возможность заключения соглашений со странами бывшего СССР. Необходимо уже на этапе выезда проводить отбор специалистов, в сотрудничестве с миграционными службами тех стран.

– Для нас речь идет о сотрудничестве с какими странами?

– Если смотреть, откуда к нам идут основные потоки, на первом месте – Таджикистан. Затем – Узбекистан, Киргизия, Азербайджан и Китай. Но о таком тесном сотрудничестве с Китаем речь не идет. Мы прекрасно знаем, что для социализации и адаптации китайцев в крае, да и по всей территории России, нет условий. Что касается выходцев из стран СНГ, они знают нашу культуру, традиции, частично – язык. Им будет проще.

– Как происходит «акклиматизация» этнических групп в Сибири?

– Приезжие слабо ориентируются в российском законодательстве, плохо адаптированы к местным социокультурным условиям. Их легко могут использовать местные криминогенные структуры. В том числе из числа соотечественников. Есть и определенные проблемы санитарно-гигиенического характера. Кроме того, не всегда ресурсы направляются в те ниши, которые наиболее выгодны для экономики края. Не всегда уровень их квалификации и знание языка соответствует потребностям работодателей. Зачастую это слабоуправляемые потоки. Но с другой стороны, плюс этой рабочей силы в том, что они мобильны, активны, все находятся в работоспособном возрасте. С мигрантами, приезжающими в край с семьями, в которых власти больше заинтересованы, ведется большая работа. Они ориентированы на адаптацию, и этому очень способствует работа школ и национально-культурных объединений. Диаспоры заинтересованы в том, чтобы их соотечественники лучше ориентировались в местных условиях.

Я русский бы выучил только за что…

– Насколько сильна и опасна криминальная составляющая в национальных группах? Очень много говорится о китайской мафии, цыганских кланах…

– Цыгане – это граждане России. Что касается иностранцев, которые прибывают сюда в качестве рабочей силы… Очередная мифологема из СМИ, что увеличение количества мигрантов ведет к росту преступности, имеющей этнический характер. Статистика свидетельствует об обратном. В 2007 году в крае было зарегистрировано 93 тысячи иностранных граждан. Количество преступлений, совершенных иностранцами в прошлом году, уменьшилось на 37 процентов по сравнению с 2006 годом. Это связано еще и с тем, что раньше фиксировалось много преступлений, связанных с подделкой документов о регистрации, разрешении на работу… При этом если говорится о том, что задержаны граждане Казахстана, то вовсе не значит, что это только казахи. На 90 процентов они русские. Почти то же с гражданами Украины. На 60 процентов они русские по национальности.

– Дети мигрантов ходят в те же школы, что и дети местных жителей. Учителя за голову хватаются: приходит мальчик-таджик на урок, русского не знает. Что делать преподавателям? Как решается этот вопрос?

– Работа в этом направлении ведется уже несколько лет. Первоначально, с возникновением проблемы, было мнение, что платить за обучение детей иностранцев русскому языку должны родители. Затем возобладал здравый смысл. Было принято решение, что расходы берет на себя госбюджет, обеспечивая тем самым социальную инфраструктуру трудовой миграции. В 2007 году в краевом центре в школы пошли 2500 ребятишек других национальностей. Для них проводятся дополнительные индивидуальные и групповые занятия в школах, ведется их психолого-педагогическое сопровождение. Работа дает положительные результаты. В тех школах, где учится много ребятишек других национальностей, постоянно проводятся межнациональные праздники с привлечением национальных диаспор, открытые уроки, фестивали.

– Насколько высок уровень толерантности к мигрантам, существует ли в крае проблема расизма?

– Скорее можно вести речь о мигрантофобии. Вы прекрасно знаете, что в СМИ на протяжении последних 15 лет формируется негативное отношение к исламу. Существуют еще фобии к «ненашим». Поэтому и получается большой процент мигрантофобии. Мы проводили исследования среди подростков и взрослых жителей края. Около 70–80 процентов опрошенных выражали негативное отношение к мигрантам и требовали ужесточить миграционное законодательство. Люди опасаются за свои рабочие места, за свою культуру, из-за криминогенной обстановки, санитарно-эпидемиологической ситуации… В связи с этим в миграционной политике очень большую роль играют два встречных потока. С одной стороны, формирование среди населения толерантности этнического и религиозного характера. Это и издание книг, работа с детьми, со СМИ. Порою журналисты грешат, я бы сказал, «языком вражды». Они не всегда корректно употребляют некоторые термины, расставляют акценты. Зачастую то или иное издание, чтобы привлечь читателя, «мусолит» криминальные события. В то же время замалчивается все позитивное. Но здесь, я думаю, должны активизироваться средний и крупный бизнес, которые привлекают иностранную рабочую силу. В их интересах создавать позитивное общественное мнение в отношении мигрантов. Необходимо усиление работы контролирующих органов, чтобы уменьшать все негативные явления, связанные с большим притоком иностранцев… Понятно, что у старожилов, которые видят, как приезжают мигранты и хорошо зарабатывают, возникает мнение, что иностранцы отбирают у местных работу. Это очередной миф. Специалисты соцзащиты и агентства занятости отмечают, что местные жители социально неактивны. Их невозможно привлечь туда, где есть потребность в кадрах, очень сложно переобучить на востребованную специальность, хотя возможность такая есть. В этих условиях свободные ниши заполняются приезжими. Они готовы работать за зарплату, превышающую их доходы на родине, и в спартанских условиях. Второй, не менее важный, поток – деятельность внутри диаспор. При условии, что уже освоившиеся здесь представители других народов будут разъяснять соотечественникам, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут, необходимо изучать язык и традиции, учитывать ментальность местных жителей, межнациональное равновесие будет достигнуто. Важно, чтобы мысль о том, что психологическое самочувствие русского населения является доминирующим, главным для поддержания межэтнической стабильности, входила в умы каждого иностранца.

– Можете спрогнозировать ситуацию с миграцией в Красноярском крае, как легальной, так и нелегальной?

– Надеюсь, легальная миграция будет увеличиваться. Уверен, что нелегальная будет сходить на нет. Слишком велики риски для потенциальных нарушителей. Думаю, постепенно наладится работа структур, которые займутся поиском и наймом нужных экономике края специалистов. Вполне возможно, это будут некоммерческие организации, работающие по лицензии. Главная задача – улучшить управляемость миграционными процессами.

Татьяна Антипьева

№ 69 (1 июля - 13 августа) 2012 года

Версия для печати

 
Комментарии к статье
Ваше имя:
Ваш email:
 
Монитор новостей
Красноярец в маске по совету грузчика ограбил «Красный Яр»
Далее...
 
Красноярская учительница математики поборется за звание лучшего учителя России
Далее...
 
Эдхам Акбулатов: хочется пожелать красноярцам сплоченности, доверия и единства
Далее...
 
Четыре человека ранены в перестрелке в норильском кафе
Далее...
 
Учитель должен быть сам обучен по-новому
Далее...
 
Евгения Шаповалова вернулась в БК «Енисей»
Далее...
 
Красноярский веломарафон примет рекордное число участников
Далее...
 
«Енисей» проиграл «Нимбурку»
Далее...
 
«Красноярские Рыси» во второй раз разгромили «Ангарский Ермак»
Далее...
 
Спектакли театра Пушкина во время ремонта будут проходить на восьми площадках
Далее...
 
 
 
Полезные ссылки
 
 
Галерея Анатолия Самарина
 
 
Архив публикаций

 

Красноярск, ул. Диктатуры Пролетариата, 51, оф. 12-45.
Тел.: +7(391)211-75-13 (приемная), +7(391) 214-78-81 (факс), +7(391)211-84-31 (реклама).
E-mail: