Эксклюзив Аналитика Расcледование Шок Скандал Кульмассовщина Провинция Интервью Мужской клуб Женский клуб Спорт Досье
 
Поиск
 
 
Голосование
Чем, на ваш взгляд, отечественная полиция лучше милиции?
 
 
 
Обратная связь
Здесь вы можете оставить свою новость или рассказать о проблеме
Ваше имя
Ваш е-mail
Текст сообщения:
 
МК в Красноярске Расcледование
 
Первый после Бога или Как корреспондента «ВК» в невропатологи записали

До вылета – час. Нам «дали погоду». Заведующий санитарной авиацией краевой клинической больницы Константин Барышников сообщает: «Успеете приехать – будете мне помогать. Предупреждаю – больной тяжелый». Была не была – хотел же поступать в медицинский.

10 ч. 30 мин.

Разрешения синоптиков на вылет санитарного вертолета на юг края мы ждали три дня. Не было погоды. Все это время за состоянием больного следили в районной больнице, консультировались с краем. Автомобильная авария, сложная черепно-мозговая, кома… Человек уже несколько дней находится на искусственной вентиляции легких. Граница жизни и смерти.

Константин Барышников встречает меня на пороге легочно-аллергологического отделения краевой больницы. Никакой спешки. Время до вылета еще есть. Мне даже предлагают кофе, пока врач готовит и собирает оборудование. Я ненавязчиво интересуюсь, что значит «будете помогать»?

Вместо ответа Барышников подхватывает баллон с кислородом. Машина уже ждет. Скоро вертолет. Я берусь за какой-то желтый чемодан, второй баллон. Вот и пригодился – не все же строчить репортажи в блокнот. В прямом смысле испытано на себе.

Загружаем все оборудование в санитарную «Волгу». Барышников поясняет, что такие машины совершенно не предназначены для перевозки тяжелых больных, находящихся, например, на искусственной вентиляции легких. Однако полноценных реанимобилей для крылатой медицины пока не дают.

«Вам наушники взять?», – на ходу спрашивает Барышников. Я опрометчиво, не понимая, для чего, говорю «нет». «Ну и хорошо, я тоже уже привык», – соглашается доктор.

10 ч. 50 мин.

Мы усаживаемся в авто. Никого не забыли? Воображение, одурманенное сериалом «Скорая помощь», рисовало целую бригаду спецов с замысловатым оборудованием. Но тут не кино. Зачастую Барышников летает один. Как сейчас. Хотя, когда требуется помощь узкого специалиста, бригада увеличивается.

Несколько минут, и мы на вертолетной площадке на Взлетке. Машина с воем режет воздух лопастями. Не наша. Это другой вызов. На горизонте появляется вертолет, раскрашенный в камуфляж.

Константин Барышников говорит, что нам повезло – вертолет ГУ ФСИН края. Полетим с комфортом. На борту есть нормальные кресла и даже столик для записей. Но это для здоровых пассажиров. Специально оборудованных санитарных вертолетов в крае нет. Здесь придется размещать носилки с больным между двух огромных баков. Однако даже за это стоит сказать спасибо. Барышников говорит, что летчики «Сибавиатранса» никогда не отказывали. Понимают, что несчастье может случиться с каждым и потому откликаются на любой вызов.

Вкруговую

11 ч. 00 мин.

Водитель подгоняет «Волгу» прямо к дверце Ми-8. Двигатель не глушат. Вокруг стоит снежная метелица от винта вертолета. Перебрасываем оборудование в салон. Всего несколько минут – кажется, что уши сейчас отвалятся от шума и морозного ветра.

Взлетаем. Вот тут-то я и понимаю, зачем были нужны наушники. Шум двигателя заглушает все наши слова. В салоне разговариваем с Барышниковым, выкрикивая прямо в ухо друг другу. Полетим вкруговую – через Ачинск. Прямо по курсу опасно по метеоусловиям.

Циников здесь нет

13 ч. 10 мин.

Доктор кричит, что скоро прилетим. Мы уже кружим над поселком. Садимся на обыкновенное футбольное поле. Нас уже ждет карета «скорой помощи». Меня предупреждают, что в больнице родные больного, и поэтому меня представят как врача. Прячу фотоаппарат в кофр.

Я подхватываю желтый чемодан. Позже узнаю, что в лифте центральной районной больницы на третий этаж поднимал аппарат искусственной вентиляции легких. Видимо, меня все-таки принимают за доктора. Все открывают двери, и даже женщины пропускают вперед. На Барышникова смотрят с надеждой и благодарностью. Травма, на которую мы приехали, очень серьезная, и помощь крайне необходима.

Нам выдают белые халаты и ведут к больному. Признаться, поначалу хочется куда-нибудь спрятаться. Аварии и кровь я видел. Здесь уже нет крови. Человек просто неподвижен: трубки, капельницы, аппарат... Иду в реанимационное отделение с врачами.

Барышникову уже не до меня. Он спрашивает у местных докторов о состоянии пациента. Прокапали? Сколько? Сам смотрит зрачки, меряет давление. Сейчас решается, транспортабелен ли больной в данный момент.

Осмотр закончен. Возвращаемся в кабинет. Нам принесли суп и второе. Есть не хочется. Доктор пьет кофе. Тут же проводят консилиум. Барышников еще раз уточняет, что, как и сколько делали местные врачи. Хирург рассказывает о ходе операции. Наблюдая за врачами, задумываюсь над тем, как часто мы обвиняем врачей в цинизме. Уверены, что после нескольких лет работы доктор, насмотревшись на страдания людей, черствеет, проявляя таким образом своеобразную защитную реакцию. Невозможно же каждый раз воспринимать чужое горе как свое, пропускать через себя. Барышников потом говорил, что циников здесь нет. В самом начале карьеры, может, так и было, но со временем черствость уходит. Никакого цинизма. Но и трагизма тоже, все обыденно – такая работа.

Консилиум закончился. Решено – берем. Для местных докторов приезд красноярского специалиста – еще и дополнительная возможность задать лишний вопрос, посоветоваться. Я ничего не понимаю из разговора. Они общаются на своем языке. Барышников рассказывает, советует, рекомендует. В кабинете меня раскрывают – это журналист из «ВК». Хирург районной больницы улыбается – думал, невропатолог. Ну, в таком случае и со мной есть о чем поговорить.

Доктор сетует – посылают на семинары и на повышения квалификации тут редко. Вот если бы каждый месяц ездить в город, общаться с коллегами. В Красноярске с этим проще – там варишься в профессиональной среде. Больше народа, больше общения, больше знаний. А тут еще и дополнительную плату за домашние дежурства отменили. Выходит, если доктор не дежурит дома, а в это время в больницу поступит тяжелый больной… С кого потом спрашивать – естественно, с доктора. Больше не с кого.

Однако времени на разговоры о житье-бытье остается мало. Нужно готовить пациента к перевозке. Пациента подключают к аппарату искусственной вентиляции легких. Пять минут до площадки, и вертолет заводит двигатель.

У Барышникова уже меньше времени на разговоры. Укутанный в специальный мешок пациент требует пристального внимания. Самое опасное – взлет и посадка. В это время прыгает давление. Монитор показывает насыщение крови кислородом и пульс. Все в норме.

Летчики тоже помогают перенести пациента. В вертолете Барышников не отходит от него ни на шаг. Постоянно проверяет показания приборов. Пилот советуется насчет высоты. Полетим повыше, и времени уйдет всего час. Обратно действительно прилетели быстрее.

Барышников увозит пациента в приемное отделение. Завтра у него опять вылет. Если будет погода.

P. S.

Когда мы везли больного по Красноярску от вертолетной площадки до больницы на «скорой» «Волге» с мигалкой и сиреной, ни одна машина не прижалась к обочине и не уступила дорогу. Банально и обыденно. Наш водитель отмахивается от моего вопроса – он уже привык. Вместо ответа он подгоняет неповоротливых речами из громкоговорителя. Когда мы их обгоняли, в окно было видно, как один глотал гамбургер, другой болтал по мобильнику... А если бы в этой машине везли, не дай бог, родного этого водителя или его друга? После третьего «непроходимого» перекрестка захотелось выйти из авто и «поговорить». С каждым. Но понимаешь, что так только потеряешь время. А оно сейчас дорого как никогда.

Марат Винский

№ 69 (1 июля - 13 августа) 2012 года

Версия для печати

 
Комментарии к статье
Ваше имя:
Ваш email:
 
Монитор новостей
Из Красноярска выдворят африканскую проститутку
Далее...
 
Концерт памяти Высоцкого пройдет в субботу
Далее...
 
Утверждены сроки сдачи ЕГЭ в 2012 году
Далее...
 
Второй «Народный бюджет» обсудили жители Ачинского района
Далее...
 
Ремонт проезжей части на улице Матросова завершен
Далее...
 
Несовершеннолетний в Хакасии переломал ребра своему знакомому
Далее...
 
Большинство заключенных проголосовали за «Единую Россию»
Далее...
 
Международный фестиваль медиа искусства пройдет в Красноярске
Далее...
 
Иудеи начинают празднование Хануки
Далее...
 
Застреливший свою семью житель Боготола предстанет перед судом
Далее...
 
 
 
Полезные ссылки
 
 
Галерея Анатолия Самарина
 
 
Архив публикаций

 

Красноярск, ул. Диктатуры Пролетариата, 51, оф. 12-45.
Тел.: +7(391)211-75-13 (приемная), +7(391) 214-78-81 (факс), +7(391)211-84-31 (реклама).
E-mail: